Книга Владимира Сергиенко, уроженца Львова, вот уже 20 лет живущего в Германии, во многих отношениях неожиданна. Исключение составляет разве что обложка: на фоне потертого российского триколора - упавшая на бок пьяная матрешка с бутылкой в руке. Зато содержание совсем не банально, язык легкий, порой трудно поверить в то, что книга - переводная, что написана она в оригинале по-русски, а не по-немецки. И тема (во всяком случае - для Германии) неординарна: правильное с концептуальной, ситуативной точки зрения употребление матерных выражений.

Структура - вполне в гармонии с темой: семь "лекций", как их называет автор. Это семь глав, семь эпизодов, рассказывающих о том, в каких случаях человеку, говорящему по-русски, чуть ли не неизбежно приходится использовать ненормативную лексику.

Монолог в поезде

Немецкому заголовку каждой "лекции" придан русский подзаголовок - соответствующее главе нецензурное слово или выражение. Конкретных примеров приводить не буду. Каждому из вас, без сомнения, знакомы эти слова и выражения. Истории, рассказанные в книге "Ругаться по-русски", - вовсе не юмористические рассказы, а книга в целом - совсем не развлекательное чтиво. Скорее, наоборот. Уже в первой главе, которую составляет монолог, якобы услышанный в немецком скором поезде, идет речь об очень серьезных вещах: о национализме, ксенофобии, об опасной романтизации прошлого. Не в Германии. На Украине. Впрочем, автор в интервью DW особо подчеркнул, что его тревожит и опасная "мягкость" западных демократий в отношении ультраправых.

Разумеется, не все истории в книге столь же серьезны. И они - не самоцель. Сверхзадача другая. Правда, Владимир Сергиенко сам как-то сказал, что переводить русские бранные слова чрезвычайно трудно. И все-таки решил научить немцев русскому мату. Почему? "Потому что бывает, что эмоциональность языка, в пространстве которого происходит действие, то есть лингвистическое пространство немцев, оказывается недостаточной для описания абсурдности ситуации, - объясняет Сергиенко. - Тогда и хочется научить немцев тому, что соответствует этой эмоциональной нагрузке".

То есть, выходит, лексическое пространство немцев - или, скажем, французов - беднее, чем лексическое пространство русских? То, что касается ругани или, как выражается автор, "эмоционального выброса", действительно, по его мнению, беднее. Как считает Сергиенко, очень давно живущий в Германии, именно в этом - главное отличие немецкой ментальности от ментальности русской, украинской... То есть таких отличий вообще много, и достаточно глубоких. Например, в том, что касается воспитания детей, в том, когда, в каких ситуациях, им делают (или не делают) замечания немцы и люди, выросшие в бывшем СССР… "Ценности в воспитании детей у нас разные, - подчеркивает Владимир Сергиенко. - Соответственно, это потом наслаивается на жизнь".

Другая душа

И все же главное отличие представителей разных народов - в эмоциональности. Немцы менее эмоционально себя проявляют и в горе, и в радости. "Конечно, люди ругаются в любой точке мира, - говорит автор книги "Ругаться по-русски". - Но чтобы где-нибудь на территории бывшего Советского Союза на поминках выставляли ящик пива и чипсы, я не могу себе представить. А здесь - пожалуйста". Да, мы порой слишком потакаем своей эмоциональности, так сказать, отводим душу, соглашается Сергиенко: "У немцев, разумеется, душа тоже есть. Но другая".

Ефим Шуман