Ник Кейв. Смерть Банни Манро. М.: Corpus, 2010.

Удачливый коммивояжёр, продавец косметики по образцам, возвращается домой из очередной длительной командировки, в ходе которой он, как обычно, успешно впаривал скучающим домохозяйкам разнообразные (по большей части им не нужные) кремы и лосьоны, а заодно, в соответствии со своим кроличьим именем, — собственный вечно напряжённый детородный орган. И обнаруживает, что его жена Либби, и раньше не отличавшаяся уравновешенностью, повесилась в их спальне — в той самой оранжевой ночной рубашке, что была на ней десять лет назад в их брачную ночь. Свидетелем этого оказался их девятилетний сын Банни Манро-младший.

Делать нечего, похоронив горемычную Либби и справив приличествующие поминки (то есть нажравшись в хлам с друзьями и трахнув подружку одного из них), папаша сажает сына в машину и едет дальше окучивать клиенток. Работа лечит, да и парнишку надо к делу приобщать, нечего ему в школе лодырничать. Только поездка как-то сразу не задаётся — в ответственный момент убалтывания очередной дуры где-то в углу комнаты неизменно возникает знакомая фигура в оранжевой ночной рубашке. Да и мысль о покорно ждущем в машине мальчике с гноящимися глазами не даёт настроиться на нужный лад.

В результате этих сложных и, главное, совершенно ему не свойственных переживаний Банни на наших глазах постепенно утрачивает человеческий облик как внешне, так и внутренне. Долго это продолжаться не может, и действительно, Ник Кейв не обманывает своих читателей, так же как не обманывает он на концертах своих слушателей: Банни умирает жуткой смертью.

По сравнению с предыдущим, двадцатилетней давности прозаическим опусом австралийской рок-звезды «И узре ослица ангела Божия», нынешний роман (а это именно роман, а не романизированная автобиография!), можно сказать, менее экстремален. Да, главный герой постоянно пьян, он обкрадывает старушек и мастурбирует в грязный носок, но всё-таки это не немой сын алкоголички и кровосмесителя, а полезный и, можно сказать, социально адаптированный член общества, разве что немного съехавший с катушек. И перед смертью он успевает покаяться и помириться со всеми. Да и среда действия не патриархальная, то есть жестокая, земледельческая община, не то довоенная, не то ветхозаветная, как это было в «Ослице», а вполне себе современная Англия. Более того, в книге описано реальное событие: разрушительный пожар западного пирса Брайтонского порта, приключившийся в марте 2003 года.

Но, конечно, оптимистичным роман главного рок-пессимиста наших дней быть не может по определению. Одна из глав начинается неожиданным сопоставлением: «Отель почему-то напоминает Банни лысеющего мужчину с зачёсом на лысине, но ему сейчас слишком хреново, чтобы пытаться понять, где тут связь». Так и книга напоминает музыку Bad Seeds, но где тут связь, сразу не ухватишь. Особенно по-русски: хорошо заметно порою, что переводчица очень старается писать брутально, в отличие от покойного Ильи Кормильцева, переводившего «Ослицу…» с глубоким тактом и профессиональным уважением одного рок-мэтра к другому.

 Михаил Визель