"Любовь во времена войны": это название, которое кажется очень точным после того, как познакомился с романом Барбары Леман (Barbara Lehmann), сначала сбивает с толку. И хотя Барбара - вовсе не начинающий автор, хотя ее репортажи публиковались в самых серьезных немецких СМИ, хотя она известна своими переводами русских прозаиков и драматургов - от Чехова до Сорокина, опасаешься, что перед тобой очередной "женский" роман со множеством стереотипов и привкусом российско-чеченской экзотики. Как оказалось, это совсем не так.

Между реальностью и вымыслом

О том, что речь идет не просто о некоей мелодраматической любовной истории на фоне пафосно дымящихся развалин Грозного, говорит хотя бы тот факт, что представлял на презентации в Берлине эту книгу (и, на мой взгляд, прекрасно это делал) известный немецкий политолог и публицист Александр Рар (Alexander Rahr) - автор, в частности, биографии Путина "Немец в Кремле", переведенной и на русский язык. Презентацию он построил весьма необычно: без литературоведческой рутины, без несколько поднадоевшего биографического "зачина".

Интервью с Барбарой Леман почти незаметно переходило в чтение фрагментов из книги, а очередной такой фрагмент вызывал вопросы, которые имели отношение, скорее, к биографии автора, чем к ее героине, немецкой журналистке Доро. Порой надо было поднапрячься, чтобы понять: рассказывает Барбара о том, что произошло с ней самой, или о том, что пережила Доро? Тем более, что повествование в романе идет от первого лица.

Но надо сказать, что как раз эта неясность была особенно интересна. Невозможность (больше того: подчеркнутое нежелание и автора, и ведущего!) провести четкую границу между реальностью и художественным вымыслом заинтриговывали больше всего - причем даже тех, кто уже прочитал роман и знал, как разворачиваются события. Барбара Леман рассказывала о том, как она ездила в Чечню (в первый раз весной 2004 года), как ее потряс разрушенный Грозный, как жили - выживали! - в развалинах полуголодные, отчаявшиеся люди, как ее, немецкую журналистку, приехавшую сюда нелегально, прятали во время зачисток друзья. Она рассказывала о своих более поздних поездках в Чечню, о том, как на ее глазах восстанавливался город...

Наивная попытка

Но действительно ли она стала свидетелем подготовки покушения на Кадырова, как ее героиня Доро, действительно ли лично встречалась с президентом Чечни, чтобы спасти своего возлюбленного? И сколько вообще правды в истории любви Доро и чеченского боевика Аслана - бывшего фотографа и самого молодого "начальника района" при Масхадове?

Эти вопросы задаешь себе еще и потому, что повествование очень реалистично, детали точны, аутентичны, убедительны. Нет, серьезных боевых действий Барбара Леман не видела, под бомбежки не попадала, но она столкнулась с последствиями войны, несколько недель жила в руинах Грозного, записывала рассказы людей...

Собственно, и поехала первый раз в Чечню, потрясенная свидетельствами чеченских беженцев, с которыми познакомилась в Германии. Потрясение ее было так велико, что она даже пыталась организовать в Берлине конференцию по Чечне, посадить за стол переговоров представителей всех воюющих сторон. Но российская сторона отказалась наотрез: "Мы не ведем переговоры с террористами!" - и эта ее, как говорит сегодня Барбара, "наивная" попытка окончилась ничем. Впрочем, "ничем" - это неправильно. Одним из результатов стала, в конечном итоге, книга "Любовь во времена войны".

Борьба с самим собой

Еще одна важная вещь, о которой, разумеется, надо сказать: роман Барбары Леман, независимо от тематики, - хорошая литература. Это книга о трагедии чеченского народа, о любви двух очень непохожих друг на друга людей, но в то же время - попытка показать внутреннюю борьбу интеллигентного человека, не признающего насилие как форму отношений между людьми, с самим собой, со свой внутренней тягой к насилию: потому что нужно спасти Родину, отомстить за близких, защитить свой дом. С этой дилеммой сталкиваются и Аслан, и смертница Зайнаб, и немка Доро. "Я не могла бы изобразить чистого злодея или чистого героя, - подчеркнула в интервью DW Барбара Леман. - Но ведь так и в жизни. Ведь и чеченские шахиды - они одновременно жертвы. Вот и все мои герои амбивалентны".

Все - в том числе и президент Чечни, который стал одним из персонажей романа. Доро предсказывает в середине "нулевых" (время действия романа), что в Чечне будет жесткая власть с исламским уклоном, если не диктатура, то очень жесткий авторитарный режим. Это предсказание героини (или автора?) сбылось.

"Грозный восстановили, и была попытка Кадырова хоть как-то установить мир. Да и люди, натерпевшиеся, измучившиеся, мечтали просто о крыше над головой, а кто там правит - им было уже все равно... Но мир, построенный на насилии, - не настоящий мир, - говорит Барбара. - Это не примирение, а замирение. И власть одного человека, опирающегося на армию и полицию, ни к чему хорошему привести не может". Тем не менее, она не видит сейчас альтернативы в Чечне. "Посади туда настоящего демократа - его тут же пристрелят", - горько заключает писательница. И признается: "Очень сложно понять, что происходит в Чечне и что там можно изменить. Моя книга - маленькая попытка разобраться в этом".

Barbara  Lehmann
" Eine  Liebe  in  Zeiten  des  Krieges ". Roman
LangenM üller , M ünchen

Ефим Шуман