Не избежали этой участи и Ирина и Леонид Тюхтяевы. В их семейной домашней сказке жили необычные существа – большие рогатые бады (символическое изображение взрослых) и маленькие сладкоежки зоки (дети). История взаимоотношений зоков и бады получила огромную известность в нашей стране благодаря странным «перевертышам», в которых заложена глубокая родительская мудрость, неотделимая от способности смеяться над собой. «Пособие для детей по воспитанию родителей» ‒ такой подзаголовок дали авторы своей книге. Словесные каламбуры, перевернутые стереотипы, завихрения сюжета в сказке Тюхтяевых чем-то напоминают лучшие сказки английских авторов ‒ Льюиса Кэрролла, Алана Милна, Памелы Трэверс.

Начинается история с того, что уставший папа усаживается на диване с газетой, а дети, Ян и Маргарита, рассказывают ему сказку. Про кого? Про самых настоящих – вот они, только что здесь были, неважно, что папа их не заметил! – зоков и баду.

С виду зок похож на зока – 
Лап четыре у него,
По бокам два круглых бока,
А внутри нет ничего.

Зоки ниоткуда не приходят, не прилетают, не рождаются. Они просто заводятся в банках с медом. И начинают его есть.

Вот так однажды завелись зоки у черного бады. Да не один зок, а целых четыре! А чуть раньше завелись они у белого бады, да и у всех окрестных бад… Белый бада так устал от своих зоков, что сбежал от них в Африку, но ему пришлось вернуться – зоки прислали главному носорогу письмо с требованием вернуть им баду, а не то они сами в Африку переселятся.

Авторы книги (кстати, инженеры-физики по основной специальности), конечно, неслучайно используют слово «заводить». Кого мы обычно заводим? Родители заводят детей. И те, и другие заводят собак, кошек, хомячков, попугайчиков… Завести – значит, взять на себя ответственность. Но всегда ли наши действия по «заведению» осознаны, всегда ли мы хорошо представляем себе те изменения, которые принесут в нашу жизнь дети и домашние питомцы? Или иногда получается так, как с зоками – они как будто завелись «сами», без всякого желания со стороны бады?

История отношений зоков и бады напоминает сюжеты, знакомые многим семьям. Сначала бада («взрослый») во всем потакает неожиданно свалившимся на него зокам («детям»). Он не возражает против супа из меда, шоколада, варенья, сгущенного молока, зефира и сахара. Весь день бегает по домашним делам и лишь осуждающе поглядывает на зоков, развалившихся на диване. Зоки, конечно, по-своему любят баду, но… Терпению бады приходит конец. «Всем умыться и построиться. На завтрак сегодня… гон с визгом!» – рявкнул бада. Он начинает бодаться (читай «применять физические наказания»), ругаться, запрещать. Всё без толку: зоки в ответ придумывают всякие хитрости и идут на обман.

И тогда бада принимает решение: «Раз вы такие обманщики и обжоры, я с вами жить не буду. Ухожу от вас в коровы». Однажды утром бада делает фанерные крылья и улетает на Луну.

Поступок, конечно, радикальный. Наверное, такое желание – хлопнуть дверью и уйти насовсем от этих требовательных и эгоистичных зоков («живите как знаете!») – хоть раз возникало у любого родителя. Бада осуществил это желание. Но разве это выход? Голодные, исцарапанные, замёрзшие зоки не могут оставить баду в покое. Они ласково зовут его, пытаются дотянуться до луны – и бада не в силах сохранить равнодушие. Он возвращается.

Главы про зоков и баду в книге Ирины и Леонида Тюхтяевых перемежаются небольшими вставками – папа разговаривает с Яником и Маргаритой. Эти диалоги позволяют читателю увидеть историю с разных сторон. Папа считает, что бада зря вернулся. А дети убеждают его в обратном: бада без своих зоков скучал, к тому же зоки решили исправиться!

И зоки действительно исправляются: они делают ему подарочки – прекрасные на их взгляд и невозможные на взгляд бады: разве можно носить одежду из фанеры? (Зато она не мнется и не пачкается!) Или носки разного цвета и размера? (Но ведь зоки так старались!)

Кто кого воспитывает? Бада зоков или зоки баду? Кто главный во взросло-детских отношениях? К чему приведет вседозволенность? А «жесткая рука»? Как добиться от детей послушания? И надо ли вообще его добиваться? В книге нет прямых и однозначных ответов на эти непростые вопросы. Но она дает повод задуматься над этими ответами. Над тем, что традиционный «воспитывающий взрослый» может выступать и в совсем иной роли – например, в роли папы, внимательно слушающего детскую сказку. Или в роли белого бады, сбежавшего от своих зоков. Или в роли черного бады, который возвращается, любит, понимает и прощает.

Принципиально важно, что благодаря книге не только взрослые, но и сами дети (старше пяти лет) начинают размышлять обо всем этом. Читая «Зоков и баду», они получают возможность принять на себя часть ответственности за свою собственную жизнь. Ведь дети – не только и не столько объекты наших воспитательных воздействий, но прежде всего творцы и создатели своей собственной личности, судьбы, жизни. А мы лишь помогаем им в этом жизненно важном деле.

Помимо книги «Зоки и бада» издательство «Манн, Иванов и Фербер» выпустило ее продолжение, «Школа зоков и бады», а также сборник любимых сладких рецептов зоков и большую книгу для рисования. Все они сопровождаются иллюстрациями Елены Кубышевой. В ее восприятии персонажи сказки вовсе не напоминают страшных инопланетных монстров. Зоки Елены Кубышевой больше всего похожи на мягкие разноцветные подушки, а в образе бады угадывается упрямый бычок. Кстати, его родство с зоками выражено не ярко, но узнаваемо – в форме ушей, в улыбке, в общем абрисе фигуры. Хотя зоки и «завелись» без всякого желания бады, они похожи на него – как ребенок похож на своих родителей. Или родители на ребенка? Кто же тут все-таки главный?

Кстати, ударение в слове «бада» падает на последний слог. Потому что он бодается.

Анна Рапопорт

Об истории создания книги «Зоки и Бада» Ирина и Леонид Тюхтяевы рассказали в интервью «Папмамбуку»  «В книжке нет признаков современности, и не все уверены, что мы еще живы…»