Во вторник 4 марта в 5 утра я ждал начала третьей мировой войны. На 5 утра Путин назначил штурм украинских воинских частей в Крыму. Украинским военным был дан выбор: сдача оружия и сдача в плен или начало военных действий.

Я горжусь, что украинские солдаты и офицеры не сдались в плен. Практически, они были готовы умереть также, как участники Евромайдана. Без предателя, однако, не обошлось.

Но предателем оказался главнокомандующий Военно-морского флота Украины, перешедшего на сторону российской армии в день собственного назначения. О нем беспокоится не стоит.

Он получит российский паспорт и продолжит службу в российской армии, а может, даже станет депутатом Государственной думы или членом Совета федерации России. России нужны такие люди. Украине такие люди не нужны.

Чуть позже, около 10 утра в этот же вторник появилась информация о смерти Януковича от сердечного приступа. Эта информация не подтвердилась. Так что теперь у России есть два предателя высшего ранга: контр-адмирал Березовский и бывший президент Янукович, попросивший Путина завоевать выгнавшую его Украину.

При всей моей любви к фантастике и сюрреализму, я чувствую себя сейчас беспомощным перед лицом новейшей истории Европы.

А за окном туман. Густой, молочный туман. В семь утра в скверик на другой стороне улицы вышел мужчина лет шестидесяти, слишком легко одетый для такой погоды. Покрошил булку на краю сквера, где всегда толпятся десятки голубей. В этот раз он крошил на пустую землю. Ни одного голубя поблизости не было.

Я удивился, осмотрел из окна все окрестности и удостоверился, что голубей нет. На минутку подумал, что это очень плохой знак. Я ведь еще не знал, что война не началась. Но минут десять спустя голуби появились и началось обычное, спокойное киевское утро.

Мне еще не верится, что все плохое позади. И это при том, что я всегда был оптимистом. Я все еще пытаюсь понять то, что происходило в последние недели и происходит сейчас. Все, что касается Евромайдана, не вызывает у меня никаких вопросов. А вот нынешняя действительность российско-украинских отношений – это печальная загадка.

Пока российские военные ломали навигационное оборудование на захваченных украинских аэродромах, блокировали украинские воинские части, украинское правительство, не признанное Россией в качестве легитимного, переводило почти ежедневно Газпрому деньги за газ.

Украинские товары беспрепятственно проходили российскую таможню, хотя до начала военных действий в Крыму каждый день приносил новые проблемы украинскому экспорту в Россию. Может, иногда политические комбинации одновременно похожи на шизофрению, и на сверх-интеллектуальную игру.

Я до сих пор теряюсь в догадках.

Хотя самым простым объяснением происходящего может быть очень разумная и хладнокровная политика нового руководства Украины, которое вело себя "как обычно", при этом готовясь к худшему развитию сценария. Однако о политиках и политике напишут политологи.

Писатели пишут о жизни. А жизнь состоит из мелочей. На днях вечером по дороге к своему киевскому издателю, живущему, как и я в центре Киева, я увидел две машины ГАИ и несколько вооруженных автоматами АК милиционеров на перекрестке возле Киевского Университета. И эта "мелочь" подняла мне настроение.

За последние дни я только несколько раз видел милиционеров в центре Киева. Они патрулировали улицы вместе с представителями "Народной самообороны". Нет, в Киеве нет хаоса. Жизнь кажется вполне обычной и только попадающиеся то и дело на встречу прохожие в бронежилетах своим видом подсказывают, что до нормализации обстановки еще далековато.

В тот вечер, 3 марта, мы сидели дома у издателя, пили и ужинали и пытались разговаривать. Но разговор то и дело прерывался и наступала гробовая тишина. Издатель то и дело пытался включить телевизор, чтобы мы были постоянно в курсе новостей.

Но его жена и я не дали ему это сделать. Черный ящик выключенного телевизора тоже давил на психику, но намного меньше, чем телеканал "Россия24". Мы уже знали об ультиматуме российских военных украинским воинским частям, знали про назначенный на 5 утра штурм. И поэтому, должно быть, всякие наши попытки разговаривать на мирные темы были обречены на неуспех.

Когда я возвращался домой тем же путем мимо Киевского университета вооруженных милиционеров и их патрульных машин уже не было. На улице было темно, сыро и спокойно.

Я лег в 2 ночи и проснулся в 6, чтобы проверить: началась ли война. Оказалось, что война не началась. Я поспешил обрадовать этим известием своих детей, но они уже были в курсе. Они встали раньше меня, чтобы проверить: есть ли у них будущее?