Но это значило бы сильно недооценить действительное ее значение. «Почему птицы не падают?» ‒ не просто хорошая книга в ряду других. Это в некотором смысле событие в отечественном книгоиздании – с точки зрения «упаковки» материала, с точки зрения дизайна и иллюстрирования. В книге нет никаких «отворотов» и «кармашков с секретами». Но художница Алина Рубан и дизайнер макета Владимир Мачинский совместными усилиями создали полиграфическое произведение, внутри которого текстовое содержание приобрело новое качество.

Имя автора этой книги, Ильи Колмановского – своеобразная гарантия научного качества текста. Но «научная достоверность» характерна практически для всех познавательных детских книг, издаваемых в последние годы. «Накопать» в интернете интересный фактический материал про то или иное природное или культурное явление не составит труда и для автора, не являющегося специалистом в конкретной области науки. Проблема заключается в том, как этот материал представить ребенку-читателю, как не попасть в ловушку собственного «многознания» ‒ ведь соблазн втиснуть в книгу как можно больше информации очень велик. В результате тема размывается, и познавательный эффект от чтения снижается.

Книга Ильи Колмановского построена как ответ на детский вопрос «почему птицы не падают?». И хотя тема «птицы», и тем более «полеты» могла бы завести далеко (какие только культурные ассоциации тут не напрашиваются), автор предельно сдержан и отвечает исключительно «по делу». Осведомленность в теме позволяет ему быть кратким и точным в объяснениях.

Птицы летают, потому что у них есть крылья. Крылья устроены так, что могут опираться на воздух. При этом птица должна быть относительно легкой (большой вес не дает взлететь), обладать очень сильными грудными мышцами и иметь маленькую голову, чтобы не перевернуться в полете вверх ногами. Птицы мало пьют и не писают (тем, кто хочет писать, даже бегать трудно – не то что летать) ‒ устройство их выделительной системы тоже работает на уменьшение веса. И все они, в зависимости от размеров и особенностей устройства крыла, взлетают по-разному. А научились летать еще их далекие предки – маленькие динозаврики. То есть в тот момент, когда динозаврики научились махать крыльями, они превратились в птиц.

Это «конспект». Хотя даже и он, на мой взгляд, представляет собой захватывающее повествование о мудром устройстве природы и истории эволюции – на конкретном примере. И о том, как одно с другим связано. Каждое новое звено развития наглядно объясняется в тексте. И автор, к тому же, еще и постоянно привлекает к объяснениям опыт ребенка.

Если бы мы решили соорудить себе крылья, чтобы летать, то при нашем весе они получились бы огромными. А ведь ими нужно махать. Попробуй махать руками: ты быстро устанешь .

У птиц очень сильные грудные мышцы. У тебя тоже есть такие мышцы. Попробуй отжаться от пола – и сразу их почувствуешь .

Будешь в следующий раз есть курицу, найди у нее киль. Это кость, к которой крепятся грудные мышцы.

Бороздки на пере застегиваются как липучки на ботинке .

Мальчик весит как пять гусей.

И т.д. и т.п.

Иными словами, текст Колмановского может считаться образцом научного объяснения, адресованного детям.

Казалось бы, что можно к нему добавить?

Но, как уже говорилось, текст «вписан» в макет с картинками. И картинки добавляют к тексту нечто новое и существенное. Художник вводит в повествование героев – мальчика и кота. Всё, что автор предлагает читателю представить (представь, что у тебя крылья; представь, что ты летишь; ты ростом с гуся; и т.п.), художник изображает. И это уже смешно. Почему-то, когда сообщается, что шестилетний мальчик и гусь одного роста, это воспринимается как научное сравнение. А когда ты видишь нарисованных рядом, «в сравнении», мальчика и гуся, это смешно. Хотя, конечно, это и нарисовано так, чтобы было смешно. И смешно, и наглядно. То есть мальчик – все-таки для «наглядности». А вот кот – абсолютно «самодеятельное» изобретение художника. В тексте про кота нет ни слова. На рисунках он живет своей собственной, «параллельной» жизнью, иногда следуя за мальчиком, подражая ему, иногда совершая какие-то странные поступки и демонстрируя «познавательную неадекватность». Образ кота и его «поведение» полностью противоречат серьезному тону повествования. И это позволяет читателю «передохнуть». А заодно «намекает», что юмор – лучший помощник на тернистом пути познания, когда ты того и гляди кувырнешься вниз головой.

Конечно, не только эта эмоциональная пара – мальчик и кот – побуждает читателя улыбаться. Другие рисунки, вроде бы призванные «иллюстрировать» утверждения и доказательства, тоже балансируют на грани между «наглядным пособием» и «веселой картинкой». Но при этом функцию наглядного пособия они выполняют безукоризненно. К примеру, иллюстрируя особенности устройства птичьих клювов, художник слегка утрирует эти особенности. Но так получается даже нагляднее – и ничуть не противоречит «истине». Или, допустим, художнику нужно показать, как устроен голубиный желудок. Его изображение можно посчитать схемой, а можно увидеть здесь и изящный пример декоративности.

Книга так устроена, что разглядывать картинки и подписи под ними – отдельное удовольствие.

Еще нужно отметить, как уважительно дизайнер этой книжки-картинки обращается с текстом.

Текст в книге крупный, всегда размещен на белом фоне, ничем не затенен – то есть он абсолютно дружелюбен по отношению к начинающему читателю. Поэтому «Почему птицы не падают?» легко встраивается в ряд книг для самостоятельного чтения (конечно, ее читатель уже должен освоить букварь).

А все вместе, мне кажется, представляет собой образец умения мыслить – и понятиями, и образами – и общаться с детьми.

Марина Аромштам