Re: цензії

В этом сезоне украинские коммунисты – тренд. Они восстали из чего-то там и сделались ньюсмейкерами. Устанавливают памятники кровавым диктаторам, даже пререкаются с Кремлем.

Увидев, что пустует ниша борцов за мораль, они поспешили занять ее и, взяв пример с НЭКа, устроили травлю писателя. Их придирчивый выбор пал на Марию Матиос, с которыми у нее, несмотря на разницу поколений, сложились довольно насыщенные отношения.

Казалось бы, странно, да? Мария Матиос никогда не делала таких запоминающихся политических заявлений, как Юрий Андрухович или Оксана Забужко; тем более, как Олесь Ульяненко, который ни от кого не зависел и никого не щадил. Она просто писала книги, причем, на непонятной коммунистической аудитории мове. Однако в силу некоторых обстоятельств биографического характера, коммунисты эти книги прочли. И прочитанное им не понравилось.

Самое интересное, что, нападая на одну из самых ярких украинских писательниц, они воображают себя защитниками украинской культуры и спасителями сожженных книг.

Вот что сказано в 2008 году в газете «Коммунист» по поводу ющенковского циркуляра под номером 225/8—1/37-08 от 13.06.08, который «предписывал проверить публичные библиотеки и библиотеки учебных заведений на предмет «коммунистически-шовинистических» произведений, а затем изъять их и уничтожить»:

«В костер — классиков украинской советской литературы Сосюру, Тычину, Бажана, Довженко… А за ними можно и Шевченко, и Лесю Украинку, и Франко…
Но что взамен? Какое такое «нове бачення»? Забужко, в отвратительных физиологических подробностях описывающую страдания своей лишенной секса героини? Матиос со слезливыми стенаниями о «садистах-совитах» и «добрых и нежных» «рыцарях» УПА? «Нетленки» юных «писателек» о женских половых органах?»

Этот пассаж наводит на мысли, что коммунистам современные украинские писательницы вообще не нравятся. Но вскоре произошло то, что заставило ленинских рыцарей из этого, надо сказать, несколько однообразного обилия вариантов уверенно вычленить «фаворитку». Президент Виктор Янукович поручил национал-коммунисту Борису Олейнику возглавить Шевченковский комитет, где работала Мария Матиос. Мария Матиос в этот момент была на больничном и думала, что ее не могут уволить. Однако в составе новой команды ее не оказалось, и она подала в суд. Можно понять писательницу. Но, честно говоря, можно понять и Бориса Олейника (кстати, если кто не знает, он Ильич). Вместе работать они вряд ли бы смогли. И вот, творческие люди цивилизованно, по-европейски, решают конфликт. Это хорошо, прогрессивно, способствует формированию писательского классового сознания, ets. Как писал Жадан в своей саге про Билла и Монику, «я бачу майбутнє за профспілковим рухом».

Ну вот. И теперь наступил новый виток высоких отношений – единомышленник Ильича Петр Цибенко обратился в Генпрокуратуру с просьбой дать правовую оценку тому, что Мария Матиос в своем произведении, как и многие до нее, сравнила масонскую стелу, воздвигнутую в Парке Славы в память о погибших воинах ВОВ, с фаллосом. Претензия диковатая, ведь такие стелы по самой своей идее воплощают мужской принцип и это, конечно, сказывается на их облике. Не так давно НЭК обратилась в Прокуратуру по поводу надувной игрушки, изображение которой было помещено в газете «Блик» им тоже показалось, что это похоже на член. Так может, виновата не писательница, подобно членам НЭК, указавшая на проблему, а уж скорее те, кто создал проблему? Может быть, это произведение масонского зодчества следует убрать из мест, где его могут увидеть дети? Я училась как раз в школе №90, находящейся рядом с указанным монументом, и мы, старшеклассники, еще при СССР обращали внимание на его форму.

Темпераментная и склонная к аналогиям создательница «Солодкой Даруси», обнаружив, что ее книгу норовят изъять из продажи по такому фантасмагорическому поводу, и вспомнив, чем это закончилось для предшественника Олеся Ульяненко, забила в колокола и написала открытое письмо Генеральному прокурору, где выразила обеспокоенность тем, что милиция ее уже месяц ищет и никак не может найти, поэтому от такой милиции можно ждать, чего угодно. И с ней в этом трудно не согласиться, потому что в нашей милиции самое страшное – неизвестность.

Слава богу, мы кое-чего добились. Хата уже не совсем с краю. Отовсюду уже не звучат крики «Пиар, пиар!». После того, как на глазах мировой общественности, Международного ПЕН-клуба и простых украинских читателей с этим кличем был до смерти затравлен человек, наша интеллигенция что-то поняла. Надо кидаться защищать своих, то есть писателей, а потом уже разбираться, в чем дело.

Положение Марии Матиос пока что не выглядит критическим. Она – обеспеченная женщина, у которой есть зарубежные литагенты, уже высказавшие свое мнение по поводу «травли» их клиентки. Ее книгу пока что не убрали с полок, а если б даже и убрали, то ей бы не пришлось целый год голодать и клянчить деньги на лекарства. Для нее не проблема – уехать за границу или сменить место жительства. Ее враги-коммунисты уже известны, они не прячутся, и они не ужасны. Против нее не ведется компания в прессе, и Институт Литературы вряд ли даст ее произведениями негативную экспертную оценку, как это было сделано за подписью Николая Сулимы в отношении романа Олеся Ульяненко.

Ситуацию, конечно же, нельзя выпускать из-под контроля, иначе как бы потом не пожалеть. Так что даже если это сериал, то он к просмотру обязателен.

Евгения Чуприна